Отъезды и перемены

otezdy-peremeny.jpg

Рассказов о том, как Монго Сантамария и Вилли Бобо ушли из оркестра Тито Пуэнте в конце 1957 года — не счесть. И с каждым перессказом, кажется, все больше негатива и мистики. Это был один из самых удручающих эпизодов в жизни Тито. Когда Монго и Вилли сообщили ему о своем решении уехать, он был потрясен до глубины души. Новость застала его врасплох. «Я был раздавлен», — вспоминал он.

Это случилось в ноябре 1957 года. После отъезда музыкантов Тито пришлось отказаться от заманчивого контракта во Флориде. На протяжении многих лет Вилли и Монго обеспечивали оркестр Пуэнте непревзойденной афро-кубинской перкуссией, глубокой и совершенной. Ну а теперь два музыканта просто-напросто решили попробовать что-нибудь новое, так сказать, двигаться дальше. Еще они сказали Тито, что пришло время поработать на Глубоком Юге.

Юг

В 1954 году Верховный суд США признал расовую сегрегацию в государственных школах как противоречащую Конституции, и во Флориде в 1959 году начали интеграцию. К концу 60-х годов большинство школ стали смешанными, появилось несколько новых университетов. Тем не менее, по-прежнему в большинство богемных отелей и ночных клубов Майями вход для чернокожих был заказан. Судя по всему, ситуация стала ухудшаться после Второй мировой войны, когда население Флориды начало стремительно расти из-за наплыва мигрантов из северных штатов.

Поклонники идеи расовой сегрегации воспользовались моментом и ужесточили ограничения, накладываемые на людей иной расы. Перед началом войны Мачито с оркестром несколько раз ездил на Юг, и всякий раз, когда сталкивался с расизмом, как-то с этим справлялся. Тито довелось работать в Майями с Хосе Курбело. Но к началу 1950-х все обострилось.

В 1956 двух чернокожих женщин арестовали в Таллахасси лишь за то, что в автобусе они посмели сесть на передние сидения, несмотря на правила для негров, согласно которым они имели право сидеть только сзади. В ответ на это событие всё афро-американское сообщество объявило бойкот. Власти были вынуждены пересмотреть множество законодательных актов и политику в отношении расизма. Были упразднены все эти позорные отдельные фонтанчики с питьевой водой, раздельные ванные комнаты, особые места в ресторанах и специальные номера в гостиницах. Афро-американцы, наконец, увидели изменения, ради которых они работали всю свою жизнь. В те неспокойные деньки Тито пришлось отменить несколько туров. «Обстановка накалялась. Мы были заняты на севере», — вспоминал он.

Высокая перкуссия

После «Кубинского карнавала» последовала пластинка «Top Percussion». Этот альбом представлял собой исследование системы афро-кубинской музыки — сакральных знаний африканского народа Йоруба, наиболее часто вывозимого с африканского западного побережья на Кубу в качестве рабов.

Поначалу Мори Леви отнесся к идее скептически, но в конце концов согласился двигать проект вместе с Тито. «Я выклевал ему весь мозг», — утверждал Тито. Спустя несколько лет Леви как-то сказал мне, что Тито, конечно, знал, как добиться своего. Я сомневался, что Моррис Леви так уж сильно вникал в нюансы Тито. Скорее, его интересовали только деньги — не обязательно сию минуту, но и на перспективу тоже. У Тито и Леви были уникальные взаимоотношения, и, пожалуй, Тито и Джимми были единственными, кто вообще мог хоть как-то достучаться до Леви.

Музыка, которую Куба подарила миру, имеет корни в различных религиозных верованиях потомков африканских рабов. Тито изучал сантерию и верил, что она может помочь ему понять всю сложность и многогранность музыки, и, что еще более важно, научиться исполнять ее правильно. В верованиях Йоруба присутствуют некие многомерные божества, воплощения сил природы — Ориши. У каждого Ориши есть собственные характеристики и мифы, напоминающие те, что существуют в греческом и римском пантеоне. Последователи сантерии, однако, не считают Ориш какими-то отвлеченными духами, обитающими на недосягаемых небесах, напротив, они яркие, живые сущности, принимающие активное участие в обычной жизни. Сантерос верят в абсолютное верховное божество — Олорун или Олодумаре, который, согласно легендам, удалился от человеческих дел на Земле. Вместо прямого обращения к Абсолютному Богу, адепты сантерии обращаются к его особым проявлениям, выраженным в форме различных Ориш. Кроме этих трансцендентных существ в помощь для решения повседневных проблем могут призываться предки и герои.

Для этих целей служит специальный человек, специалист по геомантическим гаданиям — бабалао, или ийянифа. Бабалаос до сих пор существуют на Кубе, в Пуэрто-Рико и многих испаноязычных странах. Эта религиозная практика называется Ифа, она является важной частью жизни на всем протяжении Западной Африки и за ее пределами. В 2005 году ЮНЕСКО включил Ифа в свой перечень как «шедевр устного нематериального наследия человечества».

Важной частью традиционных верований Йоруба является представление о том, что у верховного бога Олодумаре, или Олорун, был сын, и он был послан Отцом с небес для того, чтобы создать землю. Другая версия мифа приписывает эти эпизоды Обатале, которого Одудува опередил в деле сотворения суши, воспользовавшись тем, что Обатала перепил пальмового вина, опьянел и заснул. Ори. Ори буквально означает голову, но в религиозных вопросах считается, что это внутренняя часть души, которая определяет личную судьбу и успех. Словом «аше» (произносится также как «аксе», «асе» или «аче») называют жизненную силу, пронизывающую все сущее, живое и неодушевленное. Аше — это сила, которая заставляет события происходить. Это утверждение используется в приветствиях и молитвах, а также в качестве концепции духовного роста. Люди, почитающие Ориш, стремятся получить Аше через Ива-Пеле, благодаря мягкому и доброму нраву. В свою очередь, они равняются на Ори — другие люди могут называть это внутренним миром или удовлетворенностью жизнью, как таковой.

В нигерийском пантеоне Ориш присутствуют Ориши: Шанго, Олокун, Йемайя, Осун, Обатала, Ошун, Оггун, Очоси, Око, Сопонна, Ова и Эшу, и многие, многие другие. В традиции кубинских Лукуми Осун и Ошун (или Очун) — разные Ориши. Ошун воплощает красоту и доброжелательность, любовь, брак, секс и деньги, а Осун — защитник Ори, или наших голов и внутреннего Ориши. Йоруба также почитают Эгунгун, или Предков, Ибейи — бога близнецов (что неудивительно, так как представители Йоруба подвержены очень частым случаям рождения близнецов).

Для записи пластинки Тито пригласил контрабасиста Эваристо Баро, перкуссионистов Хулио Кольясо и Франсиско Урутия — для дополнительных африканских инструментов. Тито собрался вместе с Вилли Бобо и Монго Сантамарией для этой дерзкой авантюры летом 1957 года.

Ночной стриптиз-блюз

Пластинка «Ночной бит» («Night Beat») — это экскурсия Тито в мир афро-кубинского джазового биг-бэнда. Это еще одна попытка большого мастера попробовать что-то новое. Монго и Вилли выполняли роль, скорее, поддерживающих музыкантов, а не солирующих. Чтобы изменить привычное звучание, Тито поставил впереди несущегося биг-бэнда солиста-трубача Карла Х. (Дока) Северинсена и тенор-саксофониста Марти Холмза. Музыка, приперченная вибрафоном Пуэнте, свингует, начиная с главной темы пластинки «Ночной бит», записанной в манере стриптиз-блюза, через все разнообразие ансамблевых вещей, и в стремительной «Кариоке». На этой пластинке Тито старался избегать использования обычных для него афро-кубинских приёмов. Говард Коллинз и Ол Касаменти приняли участие в записи в качестве гитаристов. Тито было очень интересно отвлечься, и к тому же он получил массу удовольствия, работая над альбомом.

Горечь расставания

Джимми вспоминал:

«Не было какого-то большого объявления. Монго, Вилли и Тито сидели в углу студии RCA Victor и разговаривали. Все музыканты — те из нас, кто был рядом в течение длительного времени — чувствовали, что что-то случилось. Монго по разным поводам злился на Тито — в основном, из-за его поведения с женщинами. Но они всегда мирились. А в тот день, ну… Вилли и Тито сидели с каменными лицами. Монго хранил молчание. Они просто сидели в углу и разговаривали. Потом они встали со стульев, начали жать руки друг другу, но мне кажется, эмоции взяли верх. Они обнялись. Тито обнялся с Монго. Мы все еще не понимали, какого черта происходит».

Так рассказывал Джимми во время ночной посиделки, после нескольких выпитых рюмок. На самом деле, всякий раз, когда Джимми вспоминал о тех событиях, он с трудом сдерживал слезы.

«Тито подошел туда, где собрались оркестранты. Он окинул их взглядом, вытер глаза и рассказал им, что сейчас произошло. Я в жизни не видел его таким подавленным».

Было много россказней о том, как же два перкуссиониста решили уйти из оркестра Тито Пуэнте, находившегося, можно сказать, на пике успеха. Джимми продолжал вспоминать:

«Тито дрогнувшим голосом сказал: «Монго и Вилли покинут группу после того, как мы найдем замену. Они хотят попробовать себя в чем-то новом в Калифорнии». Воцарилась тишина. «Господи, нам же надо работать!» — добавил Тито мягко. А потом Вилли ввернул фразу, пытаясь добавить нотку юмора: «Да, мы ж не супружеская пара!» И все рассмеялись!» — завершил Джимми.

Вскоре после того, как стало известно, что эти двое присоединились к Колу Чейдеру, поползла вереница слухов. Сплетни гласили, что, мол, Тито отпустил своих перкуссионистов для того, чтобы нанять белых музыкантов и воспользоваться всеми возможностями в южной Флориде. На Юге пышным цветом цвёл расизм, и ограничения касались каждого. Три человека — Тито, Вилли и Монго отказались даже обсуждать столь нелепую идею. Тито и Вилли навсегда остались хорошими друзьями, часто тусовались вместе, когда их творческие пути пересекались.

Кол и Тито обсуждали эту ситуацию, и Тито позднее вспоминал:

«Кол был крайне удивлен их уходу. Когда они подкатили к Колу, он настаивал на том, что должен поговорить со мной. Кол был прямолинейным человеком, очень честным парнем. Конечно, он был счастлив их заполучить! Вместе они сделали несколько грандиозных вещей. Я должен был продумать организацию —  подумать о своих музыкантах. У нас была репутация. Так что я просто продолжил идти дальше».

Тито стал подыскивать новых перкуссионистов. Он прослушал какое-то их количество и остановил выбор на Рэе Барретто, разностороннем джазовом перкуссионисте, умевшем читать ноты с листа. У него были мощные руки, которыми он выколачивал из тумбадоры жесткие и увесистые звуки. Его настойчиво рекомендовал Хосе Курбело, который распустил свой оркестр. Курбело решил сделать карьеру в качестве организатора выступлений. Он предложил Тито еще и вокалиста Сантоса Колона. Тито обещал подумать об этом.

Рэй Барретто

Тито нанял Хулио Кольясо и Рэя Родригеса в секцию перкуссии, он также продолжал работать с Патато, Хосе Мангуалем-старшим и Джо Родригесом. Вместо Алвина Геллерса за фортепиано сел Рэй Коэн — Алвин целиком сосредоточился на джазе и других жанрах. Коэн был выдающимся импровизатором и, увы, наркоманом. Кроме того, он не слишком хорошо читал ноты, и оркестровые партитуры его совершенно обескураживали. Тито нужен был более надежный пианист, который бы отлично читал с листа. Наконец, он нашел подходящего — им стал Хилберто Лопес.

Расписание сессий было очень плотным — почти каждый день оркестр сидел на студии и репетировал, пока Тито сочинял новые мелодии, писал партитуры и аранжировки, добиваясь собственного уникального стиля. После ухода Вилли и Монго группа продолжала выступать на сценах, танцплощадках, свадьбах и специальных мероприятиях — где угодно. Оркестр Тито Пуэнте был, как говорится, на гребне волны. График поездок был очень жёстким. В некоторых случаях Тито путешествовал в одиночку, нанимая нужных музыкантов на месте. Его строгий стиль и бескомпромиссность никого не удивляли. Так как Тито освободился от привязанностей, если ему не нравилось то, что он слышал, он мог найти кого-нибудь другого — теперь это было запросто.

  • 9
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Об авторе - Команда переводчиков "Мамбо Диабло"

Летом 2015 года началась работа по переводу увесистой книги Джо Консо "Мамбо Диабло. Мое путешествие с Тито Пуенте." Для осуществления задуманного собралась небольшая, но активная группа людей, влюбленных в латиноамериканскую музыкальную культуру. Этот перевод книги стал возможен только благодаря общим усилиям этой команды: Таисии, Юлии, Катерины, Инны.
Координатор работы группы - Марат Капранов (техническое сопровождение, правка текстов, переводы).
Основная работа ведется на сайте mambodiablo.ru, на "Сальсу по-русски" выносятся только более-менее готовые тексты.
Мы заинтересованы в любой помощи проекту!

О команде переводчиков подробнее читайте на этой странице.