¡Cuba RebelióN!: Музыка гаванского подполья

cuba-rebelion.jpg

От редактора

Марат Капранов: Пытливый исследователь кубинской музыки однажды столкнется с одним важным фактом: там и тут его будут подстерегать странные фразы о том, что тот-то или тот-то были вынуждены уехать с Кубы. Мол, им не давали им там творчески самовыражаться. Как же так? Неужели это правда, и гениальные музыканты, вроде Качао Лопеса и Артура Сандоваля, Пакито Ривера и Орландо Пунтильи бежали от режима в Штаты?

Политика — это грязь. Но многие вещи невозможно ни понять, ни объяснить, если не знать политический контекст, хотя бы в тех деталях, которые прямо относятся к предмету нашего интереса. А культуре, к музыке, к менталитету… эй, кажется, нам нужно отлично разбираться в политике на Кубе!

Революция Кастро для нас хорошо известна. Более того, один из ее симоволов — Че Гевара — гораздо чаще встречается в России, чем даже само слово «Куба» или выражение «кубинская революция». Людей, которые в деталях знают, что же именно происходило в те горячие деньки, уже на несколько порядков меньше, а людей, которые знают, как вот уже пол-столетия живут кубинцы в новой реальности — еще меньше. Что такое «периодо эспесиаль»? Что за попытки кубинцев на матрасах уплыть в Майями? Почему там нельзя ловить рыбу? Почему есть кубинцы, которые ненавидят Фиделя, а есть те, кто боготворят его, и при этом недолюбливают Революцию? Почему в Сантьяго почти на каждом доме есть значок с тремя странными буквами «CDR»? Чего пыталось добиться революционное правительство, запрещая слушать популярную в США («Битлз» и прочих), перемещая этот пласт культуры буквально в подвалы? Вопросов, поверьте, очень много, и ответы на них очень непростые.

Можно сказать, что все это не имеет прямого отношения к сальсе. Однако именно из-за политических событий в 1980 году из Мариэль в Нью-Йорк отплыло множество малограмотных кубинцев, и в их числе были не только асоциальные элементы, как это принято считать. Например, Орландо Пунтилья таким образом попал в Штаты, а румберос из Мариэль в Центральном парке Нью-Йорка стали настоящим культурным явлением, существующим до сих пор. А ведь таких исходов музыкантов с Кубы было целых три!

В 2009 году свет (сначала — итальянский) увидел документальный фильм с кричащим названием «!Cuba RebelióN¡ — undeground music of Havana» — «Мятежная Куба! — музыка гаванского подполья». Этот фильм посвящен «андеграунду» — рок-н-роллу, хип-хопу, рэпу, и позиционируется как резко оппозиционный режиму Кастро. В официальном трейлере в первых же секундах сразу закидывается фраза, мол, во время съемок фильма арестовали двоих участников. Мол, на Кубе ничего нельзя лишнего говорить. Ну а бодрый парень по прозвищу [Максим]»Горький» (Gorki), с завязанным на шее пионерским галстуком, раздраженно сообщает, что коммунизм — это говно. Его арестовывали пару раз.

Спустя какое-то время в ответ на этот фильм вышла критическая статья-рецензия в журнале Latin American Music Review / Revista de Música Latinoamericana, Vol. 32, №1 (весна/лето 2011), стр. 1-38 авторства Джоффри Бейкера, в которой он недоумевает — неужели все на самом деле так плохо? Оголтелая коммунистическая власть буквально затыкает горло музыкантам, не давая им даже вздохнуть? А если ты не прославляешь Партию, то у тебя два пути — либо в тюрьму, либо в самые темные задворки нищеты? И Джоффри, вооружившись отменным любопытством, критическим умом и пристальным взглядом, пытается сам разобраться — а что же вообще такое эта ваша цензура на Кубе?

Предлагаю разобраться и вам. Я надеюсь, что эта довольно сложная статья если и не ответит на все вопросы, то даст вам неожиданный и оригинальный взгляд на кубинскую современную музыку в целом. Тимба — это не только афро-лэтин-джаз или кубинский сон. Это еще и тот самый рэп, и хип-хоп, и рок. Эту музыку создают зачастую молодые музыканты, которые раз за разом сталкиваются с проблемами и ограничениями на Кубе, так что текст очень актуален, а информации на эту тему в русскоязычном пространстве, по факту, нет. Не было. До сих пор.

Мятежная Куба

Джоффри Бейкер
Перевод с англ.: Зинаида Сидорова, Санкт-Петербург, 2017-2018 гг, специально для «Сальса по-русски».

Снятый Alessio Cuomo и Sander de Nooij в 2008 году фильм «Мятежная Куба: андеграунд в Гаване» является, по определению продюсерской компании Flattraqs, «документалкой о кубинском музыкальном андеграунде и его борьбе против существующего режима». Трейлер к фильму описывает «андеграундную тусовку молодых музыкантов, которые, несмотря на ограничения и цензуру их творчества, осмеливаются заявить о себе». Слово «тусовка» здесь всё-таки может ввести в заблуждение, так как у трёх групп в фильме мало общего как в плане музыки, так и в плане политических взглядов. Porno Para Ricardo (PPR) – наиболее политически провокационная и прямолинейная рок-группа на Кубе: певец Gorki Águila побывал в тюрьме по обвинениям, связанным с наркотиками, с 2005 года группе запрещено выступать, а членам группы неоднократно поступали угрозы от полиции и службы государственной безопасности.

«Porno para ricardo»

Однако, когда я встретился с Qva Libre, они подчёркивали свою аполитичность и старались дистанцироваться от PPR. Борьба, которую они описывали, заключалась в том, чтобы найти своё место в закостенелой, медленно меняющейся, погрязшей в бюрократии системе культуры, присоединившись к государственному музыкальному агентству.

«Qva Libre»

Escape исполняют одноимённый саундтрек к фильму. Но, несмотря на провокационное звучание песни, почти сразу после съёмок фильма они перешли под крыло Cuban Rock Agency, финансируемого государством, и сейчас практически не демонстрируют открытого противостояния режиму.

Андеграунд

Андеграунд — одно из самых используемых и в то же время самых неоднозначных слов, когда речь заходит о кубинской поп-музыке. Во всех остальных случаях я прочно связываю его с понятиями альтернативной музыки и рекламы (Baker 2012); здесь же я буду рассматривать идею того, что кубинская андеграундная музыка запрещается либо подвергается цензуре и представляет собой «борьбу против существующего режима», а также попробую выяснить, как складываются отношения между музыкантами и государством в последние несколько лет1Эта статья основана на многочисленных поездках в Гавану с целью углубленного исследования, в период 2003-2010, а такеже десятках интервью и бесед с андеграундными музыкантами. Благодарю Луизу Файнер за информацию о праве и помощь в редактировании, а также Мелису Ривьера за важные сведения о недавних изменениях в гаванском хип-хопе.. Основное внимание будет уделено хип-хопу, хотя рок и реггетон не останутся в стороне2О системной взаимосвязи хип-хопа и реггетона см. Baker 2011. Упоминание реггетона может кого-то удивить, так как андеграунд обычно обозначает идеологию прямо противоположную жажде потребления и наслаждений, свойственной реггетону. И всё-таки это разграничение не настолько явно в Гаване: в то время как якобы андеграундные рэперы получают поддержку от госкомитетов в сфере культуры и финансирование от Red Bull и Habana Club, ведущие исполнители реггетона Elvis Manuel3Elvis Manuel пропал без вести (считается погибшим) в 2008 году и El Micha добиваются славы без какой-либо помощи со стороны музыкальной индустрии, СМИ, государства и коммерческих организаций4Мой анализ Элвиса Мануэля и Эль Мича базируется на исследованиях 2007-2008 годов. Позднее Мануэль погиб, пытаясь незаконно покинуть Кубу на лодке, а Эль Мича ушел в более успешный мейнстрим..

И если цензура в сфере поп-музыки хоть как-то подвергалась анализу на первых порах после революции, например, во время так называемого «серого периода» (quinquenio gris) 1971-76 годов (см. Moore, 2006, стр.148-53), то изучение более современной поп-музыки (например, Perna 2005; Moore 2006; Borges-Triana 2009) подтверждает точку зрения Робина Мура (2006, стр. 15) о том, что цензура на Кубе с трудом поддаётся исследованию, так как практически не задокументирована5Хотя собственный вклад Робина Мура очень полезен, но крайне ограничен — всего лишь четыре страницы (2006, 101-5); Перна делится интересными подробностями о цензуре «La Charanga Habanera», имевшей место быть в 1997 г., но ее расширенные комментарии ужаты в три страницы (2005, 90-3)..

В результате проявления большей свободы в сфере культуры в 1990-х и популярности цифровых технологий в 2000-х пришло время для пересмотра и дальнейшего изучения этой темы. Вопрос взаимоотношения цензуры и андеграундной музыки требует особого внимания, потому что цензура играет огромную роль в формировании идентичности андеграундных музыкантов. А так как в этой области мало исследований, широкие возможности были предоставлены создателям Cuba Rebelión. Они в значительной степени определили условия рассмотрения вопроса, но представляют довольно однобокую картину, которая сколько показывает, столько и скрывает. По этим причинам, а не в попытке проанализировать в общих чертах цензуру в кубинской культуре после Революции, я ставлю перед собой задачу критически рассмотреть характерные особенности и сущность цензуры в современной андеграундной музыке на Кубе.

Образ изгоя очень привлекателен для андеграундных исполнителей. Вот только сколько цензуры и борьбы с ней в этом образе от реальности, а сколько – от пиара?

Свобода или запреты?

Я не намерен отрицать существование или важность цензуры. Широко известно, что на Кубе государство различными способами контролирует распространение информации, и де-юре в кубинской конституции прописаны ограничения свободы слова6Например, см. статью 39d («Художественное творчество свободно до тех пор, пока не противоречит Революции»), статью 62 («Ни одна из свобод, предоставляемых гражданам, не может осуществляться против положений Конституции и законов, а также против существования и целей социалистического государства или против решения кубинского народа построить социализм и коммунизм. Нарушение этого принципа является наказуемым.») и перечень нарушений общественного порядка, перечисленный в Главе IV, который теоретически можно применить к музыкальной индустрии или выступлениям. (Примечание СпР — с Конституцией не все так просто. Например, на Википедии статья 39d на самом деле — статья 39ch (ссылка), но с недавних пор нет доверия к википедии. Русский перевод Конституции Кубы выполнен вообще противоположно по смыслу («художественное творчество свободно, поскольку его содержание не противоречит Революции. Формы выражения в искусстве свободны; «) (ссылка), и там это статья 38д (а не 39д), ну а на сайте Кубинского правительства вообще нет ни такой статьи, ни таких слов (ссылка). Есть еще и американский вариант кубинской Конституции (расположенный на каком-то университетском ресурсе в Джорджии), там текст аналогичен кубинскому, но почему-то присвоены буквы статьям… Странная история!) . Множественные случаи цензуры активистов и журналистов были документально зафиксированы авторитетными международными организациями7Например, см. «Restrictions on Freedom of Expression in Cuba» 2010 и отчет за 2000 год Межамериканской комиссии по правам человека Организации американских государств http://www.cidh.oas.org/annualrep/2000eng/chap.4c.htm. Что меня заинтересовало и что, по моему мнению, заслуживает продолжения дискуссии, так это тот факт, что эти ограничения очень редко применяются, если применяются вообще, к андеграундным музыкантам и что подавляющее большинство таких исполнителей не сталкиваются с теми мерами воздействия, которые приходится испытывать не себе политическим активистам. По факту, они получают определённую поддержку от государства и работают в условиях большей свободы, чем предполагают создатели Cuba Rebelión.

Критики кубинского правительства склонны видеть цензуру во всём и переоценивать силу и ограничивающую функцию государства в сфере культуры, экстраполируя из тех областей, где контроль может быть жёстче. Но в искусстве межу полюсами абсолютной свободы слова и гробового молчания находится обширная серая зона.

В действительности же подвижки есть как в рамках, так и в противовес государству. Большинство исполнителей сталкиваются с некоторыми ограничениями, но их не заставляют замолчать, а многие получают противоречивую смесь поддержки и ограничений. Я бы хотел сделать акцент на том, что им представляется возможным, а что нет. По этой причине я уделю значительное внимание скандальным, но успешным рэперам Los Aldeanos и в меньшей степени – известной PPR, представляющей диаметрально противоположный полюс кубинской поп-музыки и являющейся уникальным феноменом, о котором уже и так немало написано8В интернете предостаточно статей о PPR, более академический подход можно увидеть в работе Laura García Freyere.. Я не ищу сбалансированной точки зрения, а скорее хочу уравновесить рассмотрение вопроса, в котором, как и в Cuba Rebelión, намного большее внимание уделяется борьбе, а не стратегии, а также PPR, а не другим исполнителям.

Los Aldeanos - Jodido Protagonista

«Los Aldeanos»

Мне не кажется удивительным, что группы с оппозиционной идейной направленностью мало представлены в ведущих СМИ и на престижных концертных площадках. Что действительно странно, и поэтому достойно дальнейшего изучения, так это то, что Los Aldeanos вообще смогли получить эфиры на радио и телевидении, а также выступать на главных сценах страны, в то время как продолжали завоёвывать славу борцов с цензурой.

Моё намерение состоит не в том, чтобы приуменьшить серьёзные трудности, с которыми сталкиваются музыканты, а в том, чтобы выделить более противоречивые аспекты этой истории, которые теряются за рассуждениями о борьбе и тактике сдерживания как части самоопределения андеграунда и как средства в арсенале документалистов и правительственных критиков.

Многие бы согласились, что само наличие ограничений на законодательном уровне, пусть они и применяются нечасто, сковывает свободу слова и формирует ауру страха на арене гражданской политической активности (“Restrictions on Freedom of Expression in Cuba”, 2010,2). Тем не менее, моё исследование показывает, что сейчас эта точка зрения даже в незначительной степени неприменима к андеграундной музыке в Гаване. Los Aldeanos с прямой критикой кубинского государства — наглядный пример современного андеграундного хип-хопа. В их музыке нет и намёка на страх или скованность, как нет там никаких признаков того, что творческий процесс ограничен какими-то рамками9С тех пор, как репертуар дуэта перевалил за 200 треков, список возможных примеров стал почти бесконечным: взять хотя бы две песни, песню Бриана Родригеса «La Naranja se Picó», которая очевидно отсылает к кубинскому лидеру, в ее кульминации есть такие слова: «Ты начальник стада ублюдков, а эта страна — тюрьма». И еще пример — песня Альдо Родригеса «La Bandera de tu alma», в которой очень много хлесткой критики полиции («голубых мундиров»), например в строке: «День, когда кубинцы скажут Хватит! и выйдут единым кулаком/там будет смерть, и прольются реки голубой крови». Оба автора регулярно заявляют, что их команданте (глава государства) — Камило Сьенфуэгос (погиб в 1959 году), а не братья Кастро.. Более того, несмотря на статьи в конституции, до сих пор эти голоса не заставляли замолчать, а артистов не штрафовали систематически. За последние 20 лет самые скандальные случаи цензуры в тимбе и хип-хопе с участием таких артистов, как La Charanga Habanera, Papá Humbertico и Los Aldeanos (см. Pena,2005 и Baker, 2011), привели лишь к запрету выступлений на несколько месяцев. Однако эти музыканты возобновили своё творчество, и во многом они стали сильнее, а их репутация упрочилась.

Вряд ли стоит этому радоваться, но санкции оказались явно недостаточными и слабыми, если вызывают так мало страха в артистах. На поверку любое ограничение, связанное с возможностью наказания, по силе не может противостоять стремлению выйти за эти сковывающие рамки: профессор и телеведущий Mario Masvidal говорит о «нимбе», окружающем андеграундных музыкантов на Кубе. А так как репутация провокаторов может способствовать самоопределению и росту карьеры популярных музыкантов, можно привести аргументы в пользу того, что наличие цензуры способствует конкуренции в музыке в той же мере, в какой сдерживает её.

Таким образом, моей целью становится рассмотрение понятий андеграунда и цензуры через освещение некоторых, временами весьма противоречивых, отличительных особенностей и условий, в которых они существуют, а также пролить свет на неизученный, но всё более увеличивающий своё значение аспект кубинской культуры — экономическую составляющую андеграундной музыки.

  • 1
    Эта статья основана на многочисленных поездках в Гавану с целью углубленного исследования, в период 2003-2010, а такеже десятках интервью и бесед с андеграундными музыкантами. Благодарю Луизу Файнер за информацию о праве и помощь в редактировании, а также Мелису Ривьера за важные сведения о недавних изменениях в гаванском хип-хопе.
  • 2
    О системной взаимосвязи хип-хопа и реггетона см. Baker 2011
  • 3
    Elvis Manuel пропал без вести (считается погибшим) в 2008 году
  • 4
    Мой анализ Элвиса Мануэля и Эль Мича базируется на исследованиях 2007-2008 годов. Позднее Мануэль погиб, пытаясь незаконно покинуть Кубу на лодке, а Эль Мича ушел в более успешный мейнстрим.
  • 5
    Хотя собственный вклад Робина Мура очень полезен, но крайне ограничен — всего лишь четыре страницы (2006, 101-5); Перна делится интересными подробностями о цензуре «La Charanga Habanera», имевшей место быть в 1997 г., но ее расширенные комментарии ужаты в три страницы (2005, 90-3).
  • 6
    Например, см. статью 39d («Художественное творчество свободно до тех пор, пока не противоречит Революции»), статью 62 («Ни одна из свобод, предоставляемых гражданам, не может осуществляться против положений Конституции и законов, а также против существования и целей социалистического государства или против решения кубинского народа построить социализм и коммунизм. Нарушение этого принципа является наказуемым.») и перечень нарушений общественного порядка, перечисленный в Главе IV, который теоретически можно применить к музыкальной индустрии или выступлениям. (Примечание СпР — с Конституцией не все так просто. Например, на Википедии статья 39d на самом деле — статья 39ch (ссылка), но с недавних пор нет доверия к википедии. Русский перевод Конституции Кубы выполнен вообще противоположно по смыслу («художественное творчество свободно, поскольку его содержание не противоречит Революции. Формы выражения в искусстве свободны; «) (ссылка), и там это статья 38д (а не 39д), ну а на сайте Кубинского правительства вообще нет ни такой статьи, ни таких слов (ссылка). Есть еще и американский вариант кубинской Конституции (расположенный на каком-то университетском ресурсе в Джорджии), там текст аналогичен кубинскому, но почему-то присвоены буквы статьям… Странная история!)
  • 7
    Например, см. «Restrictions on Freedom of Expression in Cuba» 2010 и отчет за 2000 год Межамериканской комиссии по правам человека Организации американских государств http://www.cidh.oas.org/annualrep/2000eng/chap.4c.htm
  • 8
    В интернете предостаточно статей о PPR, более академический подход можно увидеть в работе Laura García Freyere.
  • 9
    С тех пор, как репертуар дуэта перевалил за 200 треков, список возможных примеров стал почти бесконечным: взять хотя бы две песни, песню Бриана Родригеса «La Naranja se Picó», которая очевидно отсылает к кубинскому лидеру, в ее кульминации есть такие слова: «Ты начальник стада ублюдков, а эта страна — тюрьма». И еще пример — песня Альдо Родригеса «La Bandera de tu alma», в которой очень много хлесткой критики полиции («голубых мундиров»), например в строке: «День, когда кубинцы скажут Хватит! и выйдут единым кулаком/там будет смерть, и прольются реки голубой крови». Оба автора регулярно заявляют, что их команданте (глава государства) — Камило Сьенфуэгос (погиб в 1959 году), а не братья Кастро.
  • 5
  • 6
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  
  •  

Об авторе - Марат Капранов

Музыкант, сальсеро, переводчик. Редактор сайта "О сальсе по-русски".